Tags: Овечкин Врангель экспедиции архивы

Врангелеведческие экспедиции Е. Г. Овечкина

Рецензия на книгу известного петербургского ученого «Мои экспедиции к Врангелям»

                                                                           Продолжение. Начало.

Теперь перейдем к краткому разбору «выпуска четвертого» книги «Мои экспедиции к Врангелям», который именуется «Земля Тульская и Елецкая». Эта часть книги, по сути дела, уникальна. В ней автор рассказывает о своей поездке в Елец (Липецкая область), а также в ряд населенных пунктов Тульской области (в том числе в знаменитую усадьбу Л. Н. Толстого «Ясная Поляна», где Евгений Германович поклонился праху великого писателя, лично знакомого с искусствоведом Н. Н. Врангелем). Кстати, примечательно, что Е. Г. Овечкин поклонился праху Л. Н. Толстого в год столетия со дня его кончины. Много страниц в «выпуске четвертом» посвящено жизни и деятельности елецких и тульских Врангелей (естественно, Е. Г. Овечкин ввел и здесь в научный оборот огромное количество архивных источников, что придает его труду особую ценность). Жаль, правда, что в книге нет генеалогического древа псковских, елецких и тульских Врангелей, да и Врангелей вообще. Если бы оно присутствовало в книге, то объемный исторический материал воспринимался бы куда легче неподготовленному рядовому читателю. Ну, это так, к слову. Просто пожелание автору на будущее…

В приложении к книге содержатся ксерокопии запроса, направленного Е. Г. Овечкиным в Рослесхоз (апрель-май 2011 г.) с требованием создать мемориальную зону – обустроить тульский лес (так называемый «Царь-Лес»), посаженный П. И. Левицким – тестем «елецкого барона» А. К. Врангеля. На этот запрос Евгению Германовичу прислали документ, из которого явствует, что этот лес уже благоустраивается, а также выражается огромная благодарность Е. Г. Овечкину за заботу о лесе (см. с. 205–208).

Сразу же отмечу научные достижения поездки на Елецкую и Тульскую землю. Итак, Евгений Германович разместил в Ельце, в Культурном центре имени В. С. Сорокина, организованную им выставку, посвященную 130-летию барона Н. Н. Врангеля (1880–1915), знаменитого искусствоведа. Выставка, естественно, прошла на ура! Примечательно, что Е. Г. Овечкин даже изготовил эскизы нагрудного значка к передвижной выставке «Врангель Серебряного века» (их иллюстрации см. на с. 144, 178) с портретами Н. Н. Врангеля.

Медаль по эскизу Е. Г. Овечкина была отчеканена в Петербурге на Аптекарском острове. «Медаль стала небольшим, но запоминающимся украшением юбилея», – пишет Евгений Германович (с. 151). И на этой же странице – весьма примечательная сноска: «Мастерская, где сделана медаль в честь барона Н. Н. Врангеля, относится к группе компаний «ОСТИ» и находится в том же доме на Аптекарском острове, где в 2005–2006 гг. помещалась редакция журнала «ЛЕВ», с которой некогда сотрудничал автор этих строк». В общем, уважаемый автор проявил себя не только как перспективный историк, талантливый литератор, но и замечательный дизайнер.

А вот что можно прочесть на странице 188: «Я, как действительный член РГО, принял участие в XIV Экофестивале имени П. И. Левицкого и зачитал участникам фестиваля текст Приветственного письма из Санкт-Петербурга, а в Художественно-краеведческий музей поселка Теплое передал в дар большой качественный портрет П. И. Левицкого (с согласия и при поддержке его правнука Дмитрия Ивановича Левицкого, живущего в Москве)». И этот факт – тоже огромное достижение Е. Г. Овечкина. Впрочем, здесь речь идет уже не об августовской экспедиции Евгения Германовича, а о более поздней по времени (октябрь 2010 г.).

Ну и, наконец, в заключение книги Евгений Германович поделился замечательными планами, которые своей грандиозностью просто вызывают неподдельное восхищение. И дай Бог, чтобы все они были в итоге реализованы!

Ну а пока что процитирую хотя бы некоторые из них:

(С. 202) [] «3). Разработка идеи туристического буклета для Краеведческого музея города Ельца по теме «С бароном Врангелем по старому Ельцу» (передано в письменной форме сотруднику Городского краеведческого музея г. Елец Т. А. Семенец);

4). Разработка идеи передвижной выставки для музеев и библиотек Ельца, Ефремова, Тулы, Ясной Поляны и Теплого (а также Москвы и Санкт-Петербурга): «Елецкий барон А. К. Врангель: история семьи в истории рода» (передано Т. А. Семенец);

5). Разработка концепции мемориальной акции «прадеду правнук» в рамках XV Экологического фестиваля имени П. И. Левицкого (с участием его правнука Д. И. Левицкого) и памяти барона А. К. Врангеля (передано Н. В. Лопатину). …

(С. 203). Об основных этапах и результатах третьей Врангелеведческой экспедиции, состоявшейся в августе 2010 г., мною доложено в стенах Русского географического общества, на собрании Комиссии научного туризма в ноябре 2010 г.».

Просто восхитительно!!!

Важным достижением работы Е. Г. Овечкина является также и то, что он разоблачил отдельные мифы, которые подчас распространены в популярной литературе. Так, елецкий журналист В. А. Елисеев пишет, что якобы у вождя Белой армии П. Н. Врангеля был старший брат. Однако Е. Г. Овечкин справедливо утверждает, что у П. Н. Врангеля был только младший брат – Николай (1880–1915), а также брат Всеволод (1884–1895?), умерший в детском возрасте.

Собственно говоря, я вообще не обнаружил в «выпуске четвертом» никаких существенных замечаний. Единственно, у меня возник по ходу чтения один вопрос. На с. 124 Е. Г. Овечкин пишет, что в 2009 г. он издавал литературно-краеведческий альманах «Русская Врангелиана». К сожалению, видимо, этот альманах является столь ценной библиографической редкостью, что его невозможно достать даже в крупнейших библиотеках страны. А так бы хотелось ознакомиться с этим альманахом!!!

Позволю теперь привести огромную цитату из произведения Е. Г. Овечкина. И здесь я, пожалуй, злоупотреблю цитированием (до сего момента я обычно недоумевал, зачем уважаемый Евгений Германович приводит в своих книгах столь много цитат, но вот я и сам теперь согрешу, и вот почему: настолько восхитительно и удивительно пишет автор!):

(С. 125) «…На дворе царил август – небывало жаркий для Петербурга и Центральной России. В те дни Солнце палило с разъяренных небес особенно неумолимо. Оно словно пытало жителей Северной столицы, проверяя их на твердость характера и огненный закал.

В слепящей, белесоватой жаре Петербург почти исчезал, его и без того неяркие и неброские краски выцветали и блекли под яростными лучами. Пот катился градом с наших измученных лбов. Вспоминался степной Крым, раскаленная Средняя Азия и даже знойная Африка – родина Ганнибала…

Моя третья экспедиция к Врангелям стартовала в знойном Санкт-Петербурге 9 августа 2010 г. Я уезжал в Елец с Ладожского вокзала в 20.02, поездом № 115. Я вошел в четвертый вагон и занял свое 31 место.

С собой я вез передвижную выставку – ламинированные изображения и портреты; несколько стендов с распечаткой разворотов газеты «Псковская губерния», наглядно рассказывающих о моей исследовательской деятельности; юбилейный литературно-краеведческий альманах «Русская Врангелиана» за 2009 г.; карты Липецкой и Тульской областей; пресс-релизы выставки «Врангель Серебряного века»; памятные сувениры для организаторов выставки в Ельце.

Также со мной были материалы об истории села Алексеевское Тульской губернии и сведения о пребывании в нем семьи барона А. К. Врангеля, опубликованные в журнале «Наше Наследие» в конце 2009 г. И, конечно, я взял с собой необходимый технический инвентарь для развески выставки: скотч, бечевку, ножницы и пр.

Поезд тронулся. Экспедиция началась. Я по привычке стал разглядывать магистрали, проплывающие за окнами поезда, мелькающие машины и дома, утомленных жарой горожан, спешащих с работы или ожидающих электричку.

Вскоре мы въехали на мост через Неву и стали переезжать широкую царственную реку, на берегах которой на удивление всему миру вырос главный город Империи. Когда наш вагон оказался на (с. 126) середине моста, моему взору открылась широкая, величественная панорама вечернего летнего Петербурга.

Но прежде всего остального я увидел светлые купола Александро-Невской Лавры в лучах предзакатного Солнца, ослабившего к вечеру свои нестерпимо жгучие объятия.

Светло-серые купола Троицкого собора возвышались из зеленых кущей в центре Лавры. Там, у подножия вековых деревьев, дремало в вечном покое старинное Никольское кладбище.

В глубине его, в южной части, находился кенотаф – простой деревянный крест с незатейливой бетонной табличкой у подножия.

На табличке надпись:

«Барон Николай Николаевич Врангель. 1880–1915».

И больше ни слова, а вокруг – священная тишина…

Разумеется, сидя в вагоне мчащегося на юг поезда, на расстоянии, по меньшей мере, километра от Лавры, я не мог столь отчетливо видеть ни кенотафа на заросшем вековыми деревьями кладбище, ни фрагментов его, ни, тем более, кратких слов эпитафии. Но, тем не менее, я видел все это на расстоянии…

Это была возрожденная могила того самого человека, которому ваш покорный слуга посвятил выставку в Петербурге, открывшуюся в стенах Библиотеки национальных литератур.

И теперь эту же выставку – «Врангель Серебряного века» – я вез в Елец, чтобы там, на берегу Быстрой Сосны, в древнем городе великих классиков Бунина и Пришвина, Петербургский Врангель «встретился» с Елецким Врангелем в пространстве уютного выставочного зала…

Мы уже давно миновали мост через Неву, Лавра осталась далеко позади, а в окнах мелькали питерские новостройки. Но я все еще отчетливо видел возрожденную энтузиастами Лавры могилу с простым деревянным крестом и краткой эпитафией на бетонной табличке: «Николай Николаевич Врангель…».

[]

(С. 127). Вдруг колеса поезда застучали по-особенному шумно и гулко, и мы въехали на мост через прекрасную широкую реку, над которой в белесоватой синеве знойного неба царственно вырастала громада золотоглавого собора…

В этот миг я впервые отчетливо и ясно, словно третьим оком, узрел Елец, его гордый и ослепительный береговой простор. А древний город, с величайшим достоинством и невозмутимостью, глянул на меня своим светло-изумрудным ликом, поманил вольной Быстрой Сосной и незримо притянул к себе – так мощный магнит мгновенно и необратимо притягивает железную булавочку…».

После такого прекрасного описания появляется непреодолимое желание – бросить все и также пуститься в какую-нибудь экспедицию – хоть на ту же Псковщину или же в Елец. Безусловно, Е. Г. Овечкин – выдающийся художник слова, мастер, умеющий с помощью искусства пера увлечь простого обывателя своими идеями, мыслями, суждениями, амбициозными проектами.

Приведу еще несколько цитат из «выпуска четвертого» книги Е. Г. Овечкина. Привожу, естественно, те цитаты, которые мне особенно понравились:

(С. 128). Речь идет о флигеле Культурного центра имени В. С. Сорокина в Ельце, в котором Е. Г. Овечкин разместил свою выставку: «Чтобы попасть в жилое помещение этого флигеля, надо было преодолеть высокие дворовые ступени, затем миновать прихожую, заваленную доброй дюжиной старинных пузатых самоваров – елецких, тульских, московских и Бог знает еще каких…

Дверь в прихожую, чтобы она не захлопывалась от собственной тяжести, по обыкновению подпирается старинной саблей, которая помнит, наверное, «схватки боевые» 1812 года…».

(С. 130). «В России бушевали лесные пожары. Простые героические люди, не задумываясь о своем героизме, укрощали эти пожары всеми доступными средствами. Совсем недалеко, на соседней Рязанской земле премьер-министр России с вертолета сбрасывал тонны воды на горящие русские леса.

(С. 131). Я смотрел на сосредоточенного, по-военному собранного Путина, сидящего за штурвалом вертолета, и вспоминал тестя барона А. К. Врангеля – Павла Ивановича Левицкого с его продуманной многолетней системой насаждения русского леса».

(С. 148). «И если в Вашингтонском музее мадам Тюссо последняя по времени поступления «русская персона» – это хоккеист Александр Овечкин (в конце 2011 г.), то в Торосовском замке Врангелей (Торосово – деревня в Волосовском районе Ленинградской области, в которой располагалась усадьба Врангелей. – Д. С.) первой персоной мог бы стать русский искусствовед барон Николай Врангель, «моноклем остекливший глаз».

Уверен, такой «Русский Паноптикум Врангелей» в Торосово пользовался бы спросом у наших соотечественников и туристов…».

А вот и ценное, замечательное описание сельского кладбища в тульском селе Алексеевское:

(С. 198). «Сельское кладбище расположено на пологом холме у дороги, перед въездом в село. К сожалению, эта Божья нивка мало ухожена людьми и поросла быльем. Тропинки между могилами завалены сухими стволами и ветками.

С трудом мне удалось пробраться сквозь валежник и отыскать могилы чудотворного хозяина. Над могилой П. И. Левицкого установлен высокий православный крест, сваренный из металлических труб».

Затем Е. Г. Овечкин посетил «Царь-Лес «Каменный»», посаженный когда-то П. И. Левицким. И вот что он пишет об этом лесе:

(С. 200). «Удивительная особенность этого рукотворного леса заключается в том, что в плане он действительно имеет форму «звезды по имени Солнце», т. е. светила, из которого в разные стороны света исходят «лесные лучи».

В центре леса – круглая поляна, напоминающая диск Солнца.

[…]

(С. 201). Собственными глазами я видел пни от свежеспиленных лиственниц, напоминающие оголенные черепа с содранной кожей.

Фрагмент одного из таких спилов я подобрал, он хранится у меня как вещественное доказательство преступного отношения к заповедному лесу.

[…] По сути, это и есть «русский Царь-Лес», созданный руками и гением выдающегося отечественного мастера – тульского лесовода Павла Ивановича Левицкого.

(С. 202). Можно провести параллель с итальянцем Кампанеллой, назвав этот совершенный памятник природы и рук человеческих «Лесом солнца», подобно тому, как великий утопист и алхимик XVI в. назвал свой трактат о социальном совершенстве «Городом Солнца»».
         А вот характерные цитаты из заключения книги (общего как для третьего, так и для четвертого выпусков):

(С. 203). «Любая осуществленная экспедиция – это святые и сладостные, а иногда и грустные воспоминания; в то же время, это непрестанный внутренний зов к новым путешествиям, поискам и встречам».

(С. 209). «Мне удалось отыскать и обследовать безымянные фрагменты забытого семейного кладбища середины XIX – начала ХХ вв., где вечным сном уснули исконные владельцы Колпино. Также я познакомился с несколькими деревьями («зелеными могиканами») старинного усадебного парка Врангелей фон Гюбенталей».

(С. 210). «В Пскове, благодаря отзывчивости членов семьи Лапето, мне посчастливилось посетить жилище псковича барона Б. Г. Врангеля из дома Люденгоф, ознакомиться с документами его личного архива; побывать на могиле Б. Г. Врангеля на Мироносицком кладбище вместе с его внуком Максимом.

Помощь, оказанная другом Б. Г. Врангеля – иереем Павлом Адельгеймом, помогла лучше узнать о личности, психологическом складе и культурном облике барона Б. Г. Врангеля.

[]

(С. 211). Затем я посетил мемориальные места Врангелей на Тульской земле, где поклонился праху Л. Н. Толстого (в год 100-летия со дня его смерти)., состоявшего в переписке с бароном Н. Н. Врангелем, а затем принимавшего его в Ясной Поляне «с покаянной»…

[…] Таким образом, информация, собранная мною в петербургских архивах и «в полевых условиях» – во время Врангелеведческой экспедиции, позволила подтвердить первоначальную гипотезу и ввести два понятия: Елецкой Врангелианы (Wrangeliana Eletsika) и Тульской Врангелианы (Wrangeliana Tulika) – как новых областей тематических историко-краеведческих знаний».

Ну и, наконец, примечательная концовка:
       (С. 211). «Надеюсь, читатели смогли убедиться, что мои экспедиции к Врангелям – это путешествия не только в пространстве, но и во времени, притом не только в прошлое, но и в будущее

В первых главах этого заключения мною был задан вопрос о том, к чему зовут и на что подвигают уже свершенные краеведческие экспедиции? Ответ прост.

Они зовут к уточнению уже известного и к тому, что еще не изведано – к новым документам, памятникам и мемориальным местам рода Врангелей в России и за ее пределами…

В путь!»

В общем, в своей книге Е. Г. Овечкин предстает перед нами как незаурядный историк, архивист, некрополист, краевед, писатель, художник, общественный деятель…

В заключение отмечу, что книга богато иллюстрирована, в ней содержатся ценные архивные фотоматериалы (фотографии, факсимиле подписей Врангелей, некоторые документы и даже дореволюционный картографический источник («План лесов при селе Алексеевском Тульской губ[ернии] Чернского уезда», с. 200), а также иллюстрации из книжных фондов Российской национальной библиотеки и других книгохранилищ, фотографии из семейных архивов потомков Врангелей.

Рекомендую всем по возможности к прочтению!!!

Дмитрий Игоревич Стогов, к.и.н., выпускающий редактор «Русской народной линии», академик Петровской академии наук и искусств

Врангелеведческие экспедиции Е. Г. Овечкина

                                        Рецензия на книгу известного петербургского ученого «Мои экспедиции к Врангелям»

Мне уже неоднократно приходилось писать (см. здесь, здесь и здесь) о книгах из серии «Wrangeliana Rossica» («Российская Врангелиана») известного петербургского ученого, действительного члена Русского географического общества Евгения Германовича Овечкина. Как я и обещал, пришло, наконец, время ознакомить уважаемых читателей с книгой Е. Г. Овечкина «Мои экспедиции к Врангелям. Документально-биографический очерк» (ISBN 978-5-9903195-3-0), вышедшей в 2012 году, которую я, наконец-то, с Божией помощью осилил. К сожалению, судя по интернет-публикациям, в отличие от других книг Е. Г. Овечкина, «Мои экспедиции к Врангелям» пока что совершенно не замечены критикой (исключение составляет краткая рецензия в обзоре Е. Зиновьевой в журнале "Нева" (2013 г., № 12, с. 247–249); там же содержится информация и по другим книгам Е. Г. Овечкина). Попытаюсь хотя бы отчасти восполнить сей досадный пробел.

Сразу же выскажу свою точку зрения: по сравнению с прочитанной мною ранее книгой Е. Г. Овечкина «Доктор Врангель», вышедшей, однако, на год позже, чем «Мои экспедиции к Врангелям», последняя из перечисленных мною книг выглядит уже не так ярко. Но, полагаю, это связано, прежде всего, с шедевральностью (специально придумал новое слово для характеристики трудов известного петербургского ученого!) монографии «Доктор Врангель». Вместе с тем, и книга «Мои экспедиции к Врангелям» заслуживают нашего пристального внимания, так как в ней содержатся выявленные автором ценные сведения о жизни и деятельности псковских, елецких и тульских представителей рода Врангелей, а также сведения об организованных самим Е. Г. Овечкиным «врангелеведческих экспедициях».

Книга составляет 215 страниц, из них примерно половина называется «выпуск третий» и посвящена псковским Врангелям, а другая половина – «выпуск четвертый» – посвящена Врангелям тульским и елецким. Исходя из этого, Е. Г. Овечкин в своей книге вводит новые термины: «Wrangeliana Pskovica», «Wrangeliana Vitebska», «Wrangeliana Tulika» и «Wrangeliana Eletsika». Это, конечно, значительный вклад Евгения Германовича в историческую науку.

Особо подчеркнем, что автором книги проработано огромное количество архивных источников – не только извлеченных из петербургских архивов (Российского государственного архива Военно-морского флота (РГА ВМФ), Российского государственного исторического архива (РГИА), Центрального государственного исторического архива Санкт-Петербурга (ЦГИА СПб)), но и из Национального исторического архива Республики Беларусь (НИАБ, Минск). Кроме того, использованы материалы фондов Российской государственной библиотеки (РГБ, г. Москва). Также Е. Г. Овечкин использовал ряд ценных дореволюционных книг и справочников, современные публикации.

Напомню, что термин «врангелеведческие экспедиции» ввел в научный оборот сам Евгений Германович, который на протяжении последних лет стал регулярно их совершать. И вот, летом 2009 года он совершил первую из них – на Псковскую землю, где и познакомился с одним из последних потомков Врангелей – Юрием Александровичем Брамбеусом, проработавшим всю жизнь школьным учителем. Не буду подробно пересказывать сюжет, связанный с первой и второй экспедициями Е. Г. Овечкина на Псковщину, тем более, что в сети Интернет об этих экспедициях можно найти довольно много информации. Можно хотя бы обратиться к статьям Е. Г. Овечкина в газете «Псковская губерния» (см. здесь, здесь, здесь и здесь), а также еще раз с вдохновением пересмотреть вышедший в 2010 году репортаж телеканала «100 ТВ», в котором документально зафиксированы некоторые аспекты, связанные со второй экспедицией Е. Г. Овечкина и его единомышленников-энтузиастов весной 2010 года.

В целом в «выпуске третьем» рассматриваемой нами книги содержатся практически те же самые материалы, что и в статьях из «Псковской губернии». Тем не менее, осмелюсь все же вкратце пересказать основные факты, связанные с первой врангелеведческой поездкой Евгения Германовича на Псковщину.

В произведении Евгения Германовича, собственно говоря, есть две сюжетные линии:

1). История рода Врангелей;

2). Путешествия самого Е. Г. Овечкина.

На первой линии сюжета подробно останавливаться не буду. Кому интересно, тот сходит в библиотеку и прочитает книгу самостоятельно.

Вторая линия сюжета в целом незамысловата и довольно проста. Итак, 2 августа 2009 г. Е. Г. Овечкин выехал из Петербурга на поезде и вскоре побывал на территории бывшего имения Врангелей Колпино (Пустошкинский район Псковской области). Рано утром 3 августа 2009 г. Евгений Германович приехал в деревню (где раньше находилась усадьба Врангелей), на одном из огородов встретил пожилую женщину, которая показала ему старый усадебный парк и то место, где находился когда-то дом Врангелей. Потом Е. Г. Овечкин встретил одного пожилого мужчину, и тот показал ему остатки кладбища. Евгений Германович пытался разузнать, кто был здесь похоронен, но это ему пока что, к сожалению, не удалось сделать. Между делом, Е. Г. Овечкина искусали комары, и он побежал купаться в соседний пожарный водоем. Искупавшись в озере, он поехал в Пустошку, в краеведческий музей, где работница местного музея предложила ему съездить в деревню Чайки, расположенную на берегу живописного озера, к Ю. А. Брамбеусу, что он успешно и сделал. В мае следующего года состоялась вторая экспедиция на Псковщину, о которой можно узнать из упомянутого мною репортажа телеканала «100 ТВ». Вот, собственно, вкратце и все…

Ну а теперь, по моему обыкновению, несколько наиболее понравившихся мне цитат из «выпуска третьего». Отмечу, что эти цитаты, с одной стороны, характеризуют интересы и увлечения автора книги, а, с другой стороны, характеризуют уважаемого автора как настоящего мастера художественного слова.

(С. 74). «С разрешения хозяев я нырнул с мостков в теплую воду и поплыл неспешно, глядя на старинные деревья парка и представляя, как более 100 лет назад в колпинском озере купался юный Карл Врангель-Рокассовский с друзьями…

Мечтой многих помещиков было иметь собственный конный завод. Не избежал искушения и судья Станислав Врангель фон Гюбенталь. Подав в отставку, он решил создать в Колпино свой конный завод.

Карл Врангель-Рокассовский так вспоминает об этом увлечении отца:

[…]

«Он знал каждую косточку, каждую мышцу лошадиного тела и, глядя на лошадь, он умел оценить ее способности к скачкам, взятиям препятствий или перевозу тяжестей».

[…]

Увы, конный завод в Колпино просуществовал недолго. Доходы от продажи лошадей не смогли покрыть расходы на его поддержание. Он канул в лету, став еще одним преданием старой усадьбы в Колпино. От построек конного завода нынче не осталось и следа».

(С. 86). «Мне кажется, я прикоснулся к твоим тайнам (Здесь и далее курсив Е. Г. Овечкина. – Д. С.), белый аист Пустошки! Ты гордо возвышаешься на бывших землях Врангелей фон Гюбенталей, оберегая от невзгод уютное гнездо на берегу озера».

В «выпуске третьем» есть, однако, не то, чтобы недостатки, а, скорее, отдельные моменты, требующие продолжения скрупулезной исследовательской работы. Например, на странице 31 Евгений Германович, цитируя архивный источник, упоминает некоего «гражданского губернатора» (речь идет о Витебской губернии) «Чир…» (и далее неразборчиво). Пока что, к сожалению, ни Е. Г. Овечкину, ни мне непонятно, о ком идет речь. Данный момент, очевидно, требует дополнительных специальных изысканий.

На странице 55 Е. Г. Овечкин, цитируя другой архивный источник, упоминает некоего Себежского уездного предводителя дворянства по фамилии «Чуй…» (и далее неразборчиво). Опять-таки неясно, о ком идет речь. И снова требуются специальные изыскания.

Впрочем, сии замечания носят частный характер и никоим образом не умаляют научных достижений уважаемого петербургского ученого. Это, скорее, пожелания на будущее – попробовать все-таки выявить указанные фамилии. Конечно, дело это очень сложное, и, зная по собственному опыту историка, оно не всегда может увенчаться успехом. Но, тем не менее, можно попробовать поискать… Впрочем, в выводах своей книги Е. Г. Овечкин честно отмечает ряд других аспектов, которые ему не удалось пока что исследовать в ходе экспедиций (см., напр., с. 210).

А на с. 50 Е. Г. Овечкин, цитируя один архивный источник, упоминает документ под названием «Устав о службе по определению от (нрзб.)», который входил Свод Законов Российской Империи издания 1857 г. На самом деле, полное название этого документа таково: «Устав о службе по определению от правительства». Некоторые сведения об этом важном законе можно найти здесь.

Повторяю, однако, что это всего лишь замечания, носящие частный характер…

Дмитрий Игоревич Стогов, к.и.н., выпускающий редактор «Русской народной линии», академик Петровской академии наук и искусств

                                                                               (Продолжение следует)

Вклад Е. Г. Овечкина в изучение наследия баронов Врангелей

Рецензия на книги «Петербургские годы архитектора Врангеля. Михаил Александрович Врангель (1886–1963)» и «Кавказец из рода Врангелей. Александр Евстафьевич Врангель (1804–1880)».

В 2011 году в Санкт-Петербурге вышли в свет две книги известного исследователя, действительного члена Русского географического общества Евгения Германовича Овечкина – «Петербургские годы архитектора Врангеля. Михаил Александрович Врангель (1886–1963)» (СПб., [б. и.], 2011. 80 с.) и «Кавказец из рода Врангелей. Александр Евстафьевич Врангель (1804–1880)» (СПб., [б. и.], 2011. 250 с.). К сожалению, то ли по причине ничтожного тиража (100 экз.), то ли по каким-то другим причинам, мне не ведомым, эти книги, судя по всему, практически остались незамеченными критикой. Исключение – небольшая статья Сергея Глезерова в «Санкт-Петербургских ведомостях». Вместе с тем, труды Е. Г. Овечкина представляют собой огромный интерес, ибо приоткрывают для современного читателя завесу над совершенно не известными рядовым согражданам сюжетами, связанными с жизнью и деятельностью выдающихся представителей знаменитого рода баронов Врангелей в Российской Империи.

Как только на сайте Дома книги появилась информация о том, что эти книги поступили в продажу, я отложил все дела и уже на следующий день приобрел их. Чтение этих книг настолько увлекло меня, что я их прочитал полностью, от корки до корки. К сожалению, насколько мне известно, сейчас их уже нет в свободной продаже, но, во-первых, может быть, они еще и появятся в магазинах, а, во-вторых, их экземпляры должны быть в крупнейших библиотеках страны. Так что любой человек при желании может ознакомиться с содержанием этих монографий.

Мне совершенно не хочется здесь писать о погрешностях и недостатках прочитанных книг. Безусловно, таковые есть в любой книге, и не только в книгах уважаемого Евгения Германовича. Пусть их разбирает въедливый, дотошный рецензент, если вдруг таковой найдется. Мне же хотелось подробнее остановиться на достоинствах научных трудов Е. Г. Овечкина, а также немного процитировать автора, дабы читатель смог почувствовать неповторимый стиль и слог исследователя.

Итак, впервые в науке Е. Г. Овечкин вводит в оборот новый термин – «Врангелеведческие экспедиции», которые сам же и начал совершать. Первая из них состоялась в августе 2009 г. – в Псковскую и Витебскую области (о них можно прочитать в публикациях в газете «Псковская губерния» - здесь, а также см. более ранние публикации в этом же издании, перейдя по ссылкам в начале указанной публикации), вторая состоялась в первой половине 2010 года, и на телеканале «100» даже появился замечательный репортаж о ней, прошедший на «ура»; а третья – летом 2010 года – в Елец и Тульскую область (Подробнее см.: Петербургские годы архитектора Врангеля, с. 18–19).

Весьма любопытна также и глава одной из книг автора под названием «Жизнь и смерть Пантеона» (см.: Петербургские годы архитектора Врангеля, с. 19–23). Цитирую дословно (с. 21): «Это отрадное событие [установка креста на могиле Н. Н. Врангеля] нашло отражение на страницах созданного автором этих строк 27 мая 2008 г. виртуального журнала «Жизнь Пантеона» [название журнала выделено в тексте у Е. Г. Овечкина курсивом], посвященного изучению и сохранению исторических некрополей Петербурга и России. Его деятельность активно развернулась в популярной социальной сети «В Контакте». Благодаря возможностям социальной сети, в этом журнале, в виде датированных сообщений, регулярно помещались свежие новости, фотографии и видеоролики по соответствующей тематике. […] Для размещения художественных фотографий в той же социальной сети было создано приложение к журналу под названием «Мир Пантеона» [это название выделено в тексте у Е. Г. Овечкина также курсивом] – своего рода виртуальная галерея, в которой с авторскими выставками могли принять участие читатели и соавторы журнала…». Остается только глубоко сожалеть, что этот самый виртуальный журнал и приложение к нему прекратили свое существование на исходе февраля 2009 г… Была эта группа на сайте «ВКонтакте» когда-то, и кое-какие материалы от нее еще остались (см. также здесь). Но мы будем верить и надеяться, что эти сообщества в известной социальной сети когда-нибудь возродятся; ведь, несомненно, движение врангелевцев будет расширяться, в том числе и после прочтения этой заметки.

Вообще, хочу подчеркнуть: книга Е. Г. Овечкина про архитектора Врангеля читается очень легко и с удовольствием. Кроме того, важно отметить, что автор детально проработал ряд фондов Центрального государственного исторического архива Санкт-Петербурга (ЦГИА СПб), Центрального государственного архива Санкт-Петербурга (ЦГА СПб), а при подготовке книги про Кавказца А. Е. Врангеля – Российского государственного исторического архива (РГИА; мне, кстати, на протяжении 2012 года приходилось около десяти раз встречать в стенах этого архива самого уважаемого автора, скрупулезно работавшего над изучением ряда рукописей; очевидно, Е. Г. Овечкиным активно велась подготовка последующих книг из основанной самим же автором серии «Wrangeliana Rossica» – «Российская Врангелиана», которые, возможно, тоже скоро окажутся в свободной продаже, хотя, может быть, и нет, учитывая их, скорее всего, мизерный тираж) и Отдела рукописей Российской национальной библиотеки (ОР РНБ). Сам по своему опыту прекрасно знаю, какая это трудоемкая, кропотливая работа – штудировать архивные материалы. И далеко не каждый человек способен вообще ее выдержать… К сожалению, Е. Г. Овечкин не использовал в своей работе про Кавказца Врангеля материалы архивов, находящихся в Москве (напр., Российского государственного военно-исторического архива – РГВИА). Впрочем, это, скорее, даже не замечание, а пожелание автору на будущее. Нашлись бы у него силы, здоровье, энергия, финансовые возможности и, главное, желание. Важно отметить, что в книге про архитектора Врангеля Евгений Германович активно использует дореволюционные опубликованные материалы, в основном, по Институту гражданских инженеров, где учился М. А. Врангель. Также автором весьма активно используются интернет-источники.

Одна из важнейших заслуг Е. Г. Овечкина состоит в том, что он установил точную дату рождения М. А. Врангеля; кроме того, ссылаясь на архивные данные из фондов ЦГИА СПб и на данные справочников «Весь Петербург» – «Весь Петроград», обнародовал петербургские адреса М. А. Врангеля.

Очень хочется процитировать несколько примечательных выдержек из книги Е. Г. Овечкина «Петербургские годы архитектора Врангеля», которые ярко показывают нам самобытный и примечательный авторский стиль изложения материала:

С. 3. «Прошло время, и вот из юбилейного альманаха, как из таинственного зародыша, возникла новорожденная серия, точнее – первый по счету выпуск».

С. 59. «Автор этого очерка с детских лет проживает на Петроградской стороне [На Петроградской стороне – выделено в книге Е. Г. Овечкина курсивом], поэтому считает архитектора Врангеля, жившего на Петроградской, в некотором смысле своим земляком… :)».

С. 78. «В белую ночь можно придти к этим домам [где в разные годы жил М. А. Врангель] и у старых (или обновленных) стен вспомнить архитектора М. А. Врангеля: севастопольского юношу, поступавшего в столичный вуз; студента Института гражданских инженеров, проходившего практику на строительстве «Астории»; гражданского инженера, чертившего проекты построек для заводов Российской империи: металлургического на Урале, ртутного и цементного на Украине…».

Хочется также подчеркнуть, что книга Е. Г. Овечкина про Кавказца А. Е. Врангеля весьма интересна с источниковедческой точки зрения. Единственное, я бы на месте уважаемого автора подсократил количество цитат из разных источников, в том числе и архивных, но сами документы вынес бы целиком в приложение к книге. Тогда сама по себе монография Е. Г. Овечкина стала бы менее громоздкой, менее тяжеловесной для восприятия. Впрочем, отмечу, что это мое личное, субъективное мнение, и, возможно, я неправ. Вместе с тем, в книге про Кавказца Врангеля также довольно много новых фактов, открытых непосредственно Е. Г. Овечкиным.

Отмечу, что колоссальный вклад в изучение наследия Врангелей Е. Г. Овечкина поистине неоспорим. Надеюсь, что в скором времени последует продолжение серии. Так, мне известно, что уже вышла в свет книга Евгения Германовича «Мои экспедиции к Врангелям: документально-краеведческие очерки» (СПб., [б. и.] 2012. 214, [1] с. ил., карта, портр., факс. 21 см.); кроме того, автор готовит и четвертую книгу. Думаю, что их будет читать еще интереснее, чем предыдущие труды автора.

Стогов Дмитрий Игоревич, к.и.н., член-корреспондент Петровской академии наук и искусств